Афоризмы К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина на тему капитализма и империализма


Афоризмы и цитаты Карла Маркса

Без ограничения сферы деятельности нельзя ни в одной области совершить ничего замечательного.

Страдание, понимаемое в человеческом смысле, есть самопотребление человека.

Страсть — это есть энергично стремящаяся к своему предмету существенная сила человека.

Стыд — это своего рода гнев, только обращенный вовнутрь.

Стыд — это уже своего рода революция.

Существенная форма духа — это радостность, свет.

Существование того, что я действительно люблю, я ощущаю как необходимое, я чувствую в нем потребность, без него мое существование не может быть полным, удовлетворенным, совершенным.

Существует двоякого рода смелость: смелость превосходства и смелость умственного убожества, черпающая силу из своего официального положения, из сознания, что она пользуется в борьбе привилегированным оружием.

Творить мировую историю было бы, конечно, очень удобно, если бы борьба предпринималась только под условием непогрешимо благоприятных шансов.

То, что можно сказать об отношении человека к своему труду, то же можно сказать и об отношении человека к другому человеку.

Того, кого увлек демон честолюбия, разум уже не в силах сдержать, и он бросается туда, куда его влечет непреодолимая сила: он уже больше не выбирает сам своего места в обществе, а это решают случай и иллюзия.

Того, чего хочет обыватель, — жить и размножаться, хочет и животное? Чувство своего человеческого достоинства, свободу, нужно еще только пробудить в сердцах этих людей.

Только это чувство, которое вместе с греками покинуло мир, а при христианстве растворилось в обманчивом мареве царства небесного, может снова сделать общество союзом людей, объединенных во имя своих высших целей

Только в коллективе существуют для каждого индивида средства, дающие ему возможность всестороннего развития своих задатков, и, следовательно, только в коллективе возможна личная свобода.

Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых.

У входа в науку, как у входа в ад, должно быть выставлено требование: Уважающие себя люди вовсе не должны слепо доверять друг другу.

Удрученный заботами, нуждающийся человек нечувствителен даже по отношению к самому прекрасному зрелищу.

Упразднение религии, как иллюзорного счастья народа, есть требование его действительного счастья. Требование отказа от иллюзий о своем положении есть требование отказа от такого положения, которое нуждается в иллюзиях.

Царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства.

Цель, для которой требуются неправые средства, не есть правая цель.

Человек есть в самом буквальном смысле не только животное, которому свойственно общение, но животное, которое только в обществе и может обособляться.

Человек живет природой.

Человек свободен не вследствие отрицательной силы избегать того или другого, а вследствие положительной силы проявлять свою истинную индивидуальность.

Человека унижает не атеизм, а суеверие и идолопоклонство.

Мы должны открыто предостеречь от такого рода лицемерных друзей, которые, правда, заявляют о своем согласии с принципами, но сомневаются в их осуществимости, потому что мир-де еще не созрел для них.

На место экономического богатства и экономической нищеты становятся богатый человек и богатая человеческая потребность. На плоской равнине всякая кочка кажется холмом.

Надо заставить народ ужаснуться себя самого, чтобы вдохнуть в него отвагу.

Наказание есть не что иное, как средство самозащиты общества против нарушений условий его существования. Но хорошо же то общество, которое не знает лучшего средства самозащиты, чем палач, и которое провозглашает свою собственную жестокость вечным законом.

Наказание не должно внушать больше отвращения, чем проступок.

Народ, порабощающий другой народ, кует свои собственные цепи.

Наслаждающийся богатством в одно и то же время и раб и господин своего богатства, в одно и то же время великодушен и низок, капризен, надменен, предан диким фантазиям, тонок, образован, умен. — Он еще не ощутил богатство как некую совершенно чуждую силу, стоящую над ним самим.

Не только богатство человека, но и бедность его получает при социализме в равной мере человеческое и потому общественное значение. Она есть пассивная связь, заставляющая человека ощущать потребность в том величайшем богатстве, каким является другой человек. Невежество — это демоническая сила, и мы опасаемся, что оно послужит причиной еще многих трагедий.

Независимая мораль оскорбляет всеобщие принципы религии, а особые понятия религии противоречат морали.

Необходимо очеловечить чувства человека, создать человеческое чувство, соответствующее всему богатству человеческой и природной сущности.

Непосредственным, естественным, необходимым отношением человека к человеку является отношение мужчины к женщине. На основании этого отношения можно, следовательно, судить о ступени общей культуры человека.

Нет ничего более легкого, как наслаждаться по всякому поводу своим моральным совершенством; всего легче делать это по отношению к мертвым.

Нет ничего более ужасного, более унизительного, чем быть рабом раба.

Нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав.

Ни один человек не борется против свободы, — борется человек, самое большее, против свободы других.

Никто не принуждается к заключению брака, но всякий должен быть принужден подчиняться законам брака, раз он вступил в брак.

Никуда не годится «народное воспитание через посредство государства». Наоборот, государство нуждается в очень суровом воспитании со стороны народа.

Нравственное государство предполагает в своих членах государственный образ мыслей, если даже они вступают в оппозицию против органа государства, против правительства.

Обстоятельства в такой же мере творят людей, в какой люди творят обстоятельства.

Общество есть законченное сущностное единство человека с природой, подлинное воскресение природы, осуществленный натурализм человека и осуществленный гуманизм природы.

Один акт насилия может быть искоренен только другим таким же актом.

Опыт превозносит, как самого счастливого, того, кто принес счастье наибольшему количеству людей.

Оставаться скромным по отношению к нескромности — это и есть самая серьезная нескромность духа.

Отчаяние в собственном спасении превращает личные слабости в слабости человечества, чтобы сбросить это бремя с собственной совести.

Первая предпосылка всякой человеческой истории — это, конечно, существование живых человеческих индивидов.

Писатель отнюдь не смотрит на свою работу как на средство. Она — самоцель; она в такой мере не является средством ни для него, ни для других, что писатель приносит в жертву ее существованию, когда это нужно, свое личное существование.

Писатель, конечно, должен зарабатывать, чтобы иметь возможность существовать и писать, но он ни в коем случае не должен существовать и писать для того, чтобы зарабатывать.

Почти всякое расторжение брака есть расторжение семьи и даже с чисто юридической точки зрения положение детей и их имущества не может быть поставлено в зависимость от произвольного усмотрения родителей. Таким образом, принимается во внимание только индивидуальная воля, или, вернее, произвол супругов, но не принимается во внимание воля брака, нравственная субстанция этого отношения.

Предположи теперь человека как человека и его отношение к миру как человеческое отношение: в таком случае ты сможешь любовь обменивать только на любовь, доверие только на доверие и т. д.

Предположим, что мы производили бы как люди. В таком случае я наслаждался бы индивидуальным проявлением жизни.

Прежде всего следует избегать того, чтобы снова противопоставлять «общество», как абстракцию, индивиду. Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни — даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного является проявлением и утверждением общественной жизни.

Презрение к самому себе — это змея, которая вечно растравляет и гложет сердце, высасывает его животворящую кровь, вливает в нее яд человеконенавистничества и отчаяния.

Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма.

Принимать одну основу для жизни, другую для науки — это значит с самого начала допускать ложь.

Присвоение богатства обусловливает отречение от богатства в его вещественной реальности.

Противно быть под ярмом — даже во имя свободы.

Процесс жизни человека состоит в прохождении им различных возрастов. Но вместе с тем все возрасты человека существуют бок о бок.

Пусть жизнь и умирает, но смерть не должна жить.

Разве я не уничтожаю свободу характера, когда я требую, чтобы он был свободен на чужой лад?

Революции — локомотивы истории.

Религия — это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа.

Религия есть лишь иллюзорное солнце, движущееся вокруг человека до тех пор, пока он не начинает двигаться вокруг себя самого.

Если ты любишь, не вызывая взаимности, т.е. если твоя любовь как любовь не порождает ответной любви, если ты своим жизненным проявлением в качестве любящего человека не делаешь себя человеком любимым, то твоя любовь бессильна, и она — несчастье.

Если ты хочешь наслаждаться искусством, то ты должен быть художественно образованным человеком.

Если ты хочешь оказывать влияние на других людей, то ты должен быть человеком, действительно стимулирующим и двигающим вперед других людей.

Если характер человека создается обстоятельствами, то надо, стало быть, сделать обстоятельства человечными.

Если человек трудится только для себя, он может, пожалуй, стать знаменитым ученым, великим мудрецом, превосходным поэтом, но никогда не сможет стать истинно совершенным и великим человеком.

Жестокость характерна для законов, продиктованных трусостью, ибо трусость может быть энергична, только будучи жестокой.

Законы, преследующие за принципы, имеют своей основой беспринципность, безнравственный, грубо-вещественный взгляд на государство. Они — невольный крик нечистой совести.

Идеи вообще ничего не могут осуществить. Для осуществления идей требуются люди, которые должны употребить практическую силу.

Идеи, к которым разум приковывает нашу совесть, — это узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего сердца, это демоны, которых человек может победить, лишь подчинившись им.

Именно лицемерие прикрывается Богом, не веря ни в его действительность, ни во всемогущество добра; именно себялюбие ставит личное спасение выше спасения общественного целого.

Исследование истины само должно быть истинно, истинное исследование — это развернутая истина.

Истина всеобща, она не принадлежит мне одному, она принадлежит всем, она владеет мною, а не я ею.

Истина так же мало скромна, как свет.

Истинная любовь выражается в сдержанности, скромности и даже в робости влюбленного в отношении к своему кумиру, но отнюдь не в непринужденном проявлении страсти и выказывании преждевременной фамильярности.

Истинно нравственное поведение состоит как раз в том, чтобы избегать всякого повода к безнравственному поведению.

Истину следует искать не в призрачных потусторонних областях, не вне времени и пространства, не в каком-то «Боге», якобы пребывающем внутри мира или противопоставленном ему, а гораздо ближе, в собственной груди человека.

История повторяется дважды — сначала в виде трагедии, потом в виде фарса.

К смешному я отношусь серьезно, когда представляю его в смешном виде.

Каждый из нас действительно делает себя тем, чем он является в глазах другого.

Каждый шаг действительного движения важнее дюжины программ.

Каждый, в ком сидит Рафаэль, должен иметь возможность беспрепятственно развиваться.

Кажется, что, по мере того как человечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей, либо же рабом своей собственной подлости.

Какое счастье — дружба, подобная той, какая существует между нами. Ты-то знаешь, что никакие отношения я не ценю столь высоко.

Когда раб превращается в господина на один день, то в этот день неограниченно властвуют грубые инстинкты.

Коммунизм, в качестве снятия частной собственности, означает требование действительно человеческой жизни, как неотъемлемой собственности человека, означает становление практического гуманизма.

Коммунисты вообще не проповедуют никакой морали. Они не предъявляют людям морального требования: любите друг друга, не будьте эгоистами и т. д.; они, наоборот, отлично знают, что как эгоизм, так и самоотверженность есть при определенных обстоятельствах необходимая форма самоутверждения индивидов.

Коммунисты не выдвигают ни эгоизма против самоотверженности, ни самоотверженности против эгоизма и не воспринимают теоретически эту противоположность ни в ее сентиментальной, ни в ее выспренной идеологической форме; они, наоборот, раскрывают ее материальные корни, с исчезновением которых она исчезнет сама собой.

Коммунисты отнюдь не хотят уничтожить «частного человека» в угоду «всеобщему», жертвующему собой человеку.

Критика религии освобождает человека от иллюзий, чтобы он мыслил, действовал, строил свою действительность как освободившийся от иллюзий, как ставший разумным человек.

Легко быть святым, когда не хочешь быть человечным.

Лишь благодаря предметно развернутому богатству человеческого существа развивается, а частью и впервые порождается, богатство субъективной человеческой чувственности: музыкальное ухо, чувствующий красоту формы глаз, — короче говоря, такие чувства, которые способны к человеческим наслаждениям.

Любовь родителей наиболее бескорыстна.

Люди завоевывали себе свободу всякий раз постольку, поскольку это диктовалось им и допускалось не их идеалом человека, а существующими производительными силами.

Мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием.

Мой труд был бы свободным проявлением жизни и поэтому наслаждением жизнью.

Мораль — это «бессилие в действии». Всякий раз, как только она вступает в борьбу с каким-нибудь пороком, она терпит поражение.

Мораль зиждется на автономии человеческого духа.

Моральную силу невозможно создать параграфами закона.

Религия есть самосознание и самочувствование человека, который или еще не обрел себя, или уже снова себя потерял.

Речь идет не о том, чтобы мысленно провести большую разграничительную черту между прошедшим и будущим, а о том, чтобы осуществить мысли прошедшего.

Роскошь представляет собой противоположность по отношению к природной необходимости.

Самые трусливые, неспособные к сопротивлению люди становятся неумолимыми там, где они могут проявить абсолютный родительский авторитет.

Свобода настолько присуща человеку, что даже ее противники осуществляют ее, борясь против ее осуществления.

Свободная от всяких сомнений вера в неподдельность любви, которую выражает возлюбленный, есть для возлюбленной высшее наслаждение собой, есть ее вера в самое себя.

Свободное развитие каждого является условием свободного развития всех.

Сердце человека — удивительная вещь, особенно если человек носит сердце в своем кошельке.

Смерть героев подобна закату солнца.

Совесть зависит от знаний и от всего образа жизни человека. У республиканца иная совесть, чем у роялиста, у имущего — иная, чем у неимущего, у мыслящего — иная, чем у того, кто неспособен мыслить.

«Совесть» привилегированных — это ведь и есть привилегированная совесть.

Способ производства материальной жизни обуславливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще.

Человеческая природа устроена так, что человек может достичь своего усовершенствования, только работая для усовершенствования своих современников, во имя их блага.

Человеческая сущность природы существует только для общественного человека: ибо только в обществе природа является для человека звеном, связывающим человека с человеком.

Чем больше человек вкладывает в Бога, тем меньше остается в нем самом.

Чем иным является богатство, как не абсолютным выявлением творческих дарований человека, без каких-либо других предпосылок, кроме предшествовавшего исторического развития, делающего самоцелью эту целостность развития, т.е. развития всех человеческих сил как таковых, безотносительно к какому бы то ни было заранее установленному масштабу. Человек здесь не воспроизводит себя в какой-либо одной только определенности, а производит себя во всей своей целостности, он не стремится оставаться чем-то окончательно установившимся, а находится в абсолютном движении становления.

Чрезмерная серьезность — это самое комичное, а чрезмерная скромность — это самая горькая ирония.

Что такое болезнь, как не стесненная в своей свободе жизнь?

Чувство, находящееся в плену у грубой практической потребности, обладает лишь ограниченным смыслом.

Я вообще не думаю, что личности должны служить гарантиями против законов; я, наоборот, думаю, что законы должны служить гарантиями против личностей.

Я вступаю в дружбу лишь с очень немногими, но зато дорожу ею.

Я знаю только одно: что я не марксист.

Я принес все свое состояние в жертву революционной борьбе.

Я не сожалею об этом. Наоборот. Если бы мне нужно было снова начать свой жизненный путь, я сделал бы то же самое.

Безусловный долг законодателя — не превращать в преступление то, что имеет характер проступка, и то лишь в силу обстоятельств. С величайшей гуманностью должен он исправлять все это, как социальную неурядицу, и было бы величайшей несправедливостью карать за эти проступки как за антисоциальные преступления.

Богатство, если рассматривать его вещественно, заключается только в многообразии потребностей.

Богатый человек — это в то же время человек, нуждающийся во всей полноте человеческих проявлений жизни, человек, в котором его собственное осуществление выступает как внутренняя необходимость, как нужда.

Быть рабом или быть гражданином — это общественные определения, отношения человека А к человеку В. Человек А как таковой — не раб. Он — раб в обществе и посредством общества. Быть чувственным значит быть страдающим.

В действительности истинная «общественно-воспитательная роль» государства заключается в его разумном и общественном бытии.

В науке нет широкой столбовой дороги, и только тот может достигнуть ее сияющих вершин, кто, не страшась усталости, карабкается по ее каменистым тропам.

В отношении к женщине, как к добыче и служанке общественного сладострастия, выражена та бесконечная деградация, в которой человек оказывается по отношению к самому себе.

В политике ради известной цели можно заключить союз даже с самим чертом — нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя.

В процессе борьбы с истиной заблуждение само себя разоблачает.

В прямом соответствии с ростом стоимости мира вещей растет обесценение человеческого мира.

В суете этого мира дружба — единственное, что имеет важное значение в личной жизни.

Взрослый человек не может снова стать ребенком, не впадая в детство. Но разве его не радует наивность ребенка и разве сам он не должен стремиться к тому, чтобы на более высокой ступени воспроизвести присущую ребенку правду?

Воображение — это великий дар, так много содействовавший развитию человечества.

Воспитатель сам должен быть воспитан.

Впоследствии естествознание включит в себя науку о человеке в такой же мере, в какой наука о человеке включит в себя естествознание: это будет одна наука.

Временная разлука полезна, ибо постоянное общение порождает видимость однообразия.

Время — это простор для развития способностей.

Время послужило моей любви лишь для того, для чего солнце и дождь служат растению — для роста в ней сосредоточиваются вся моя духовная энергия и вся сила моих чувств. Я вновь ощущаю себя человеком в полном смысле слова, ибо испытываю огромную страсть.

Все действительно сильные натуры, раз вступив на революционный путь, даже из поражений всегда черпали новые силы.

Всеобщая скромность духа — это разум, та универсальная независимость мысли, которая относится ко всякой вещи так, как того требует сущность самой вещи.

Всестороннее проявление индивида лишь тогда перестанет представляться как идеал, как призвание и т. д., когда воздействие внешнего мира, вызывающее у индивида действительное развитие его задатков, будет взято под контроль самих индивидов.

Всякая нация может и должна учиться у других.

Всякая экономия в конечном счете сводится к экономии времени. Всякая эмансипация состоит в том, что она возвращает человеческий мир, человеческие отношения к самому человеку.

Всякой общественной форме собственности соответствует своя мораль.

Говорить об «естественной справедливости» — бессмыслица.

Государство воспитывает своих членов тем путем, что делает их членами государства, что оно превращает частные цели во всеобщие, грубый инстинкт — в нравственные склонности, природную независимость — в духовную свободу.

Грубый, невоспитанный человек готов считать того или иного прохожего самой скверной и самой низкой тварью на земле только потому, что тот наступил ему на мозоль. Свои мозоли он делает мерилом оценки человеческих действий.

Для социалистического человека вся так называемая всемирная история есть не что иное, как порождение человека человеческим трудом.

Для того, чтобы пользоваться множеством вещей, человек должен быть в высокой степени культурным человеком.

Достоинство есть именно то, что больше всего возвышает человека, что придает его деятельности, всем его стремлениям высшее благородство.

Древние говорили: надо стремиться добывать себе мирские блага, чтобы помогать друзьям в нужде. Какая глубокая человеческая мудрость заключена в этих словах!

Если бы брак не был основой семьи, то он так же не являлся бы предметом законодательства, как, например, дружба.

Если бы целая нация действительно испытала чувство стыда, она была бы подобна льву, который весь сжимается, готовясь к прыжку.

Если законодательство не может декретировать нравственность, то оно еще в меньшей степени может провозгласить правом безнравственность.

Если конструирование грядущих времен не есть наше дело, то тем определеннее мы знаем, что нам нужно совершить в настоящем.

Если обстоятельства, в которых живет индивид, делают для него возможным лишь одностороннее развитие одного какого-либо свойства за счет всех остальных, то этот индивид и не может пойти дальше одностороннего, уродливого развития. Никакая моральная проповедь тут не поможет.

Если правильно понятый интерес составляет принцип всей морали, то надо, стало быть, стремиться к тому, чтобы частный интерес отдельного человека совпадал с общечеловеческими интересами.

Если скромность составляет характерную особенность исследования, то это скорее признак боязни истины, чем боязни лжи.

Еще по теме:

  • Цитаты немецких философов
  • Краткая биография Карла Маркса
    • Афоризмы и цитаты Артура Шопенгауэра
    • Афоризмы и цитаты Иммануила Канта

    Популярно:

    • Афоризмы про отношения
    • Дружба и друзья
    • Пословицы народов мира

    Комментарии:

    «Московия играет роль раба»

    Маркс называл Россию не иначе как страной варварской, нецивилизованной, достойной только презрения. Стоит только внимательно вчитаться в его бесчисленные сочинения…

    «Нас ждет борьба с варварскими ордами Австрии и России…»

    «Даже в совершенно варварских странах буржуазия делает успехи….»

    Россия по Марксу — «оплот мировой реакции», «угроза свободному человечеству», «единственная причина существования милитаризма в Европе», «последний резерв и становой хребет объединенного деспотизма в Европе», «враги революции сконцентрированы в России».

    Да, провидец Маркс и мысли не допускал, что в России возможна пролетарская революция. По его мнению, в ней «может быть только тот или иной бунт, причем достанется немецким платьям, а революции никакой и никогда не будет». Маркс искренне удивлялся, когда ему говорили, насколько он популярен в варварской стране: публиковали работы, перевели «Капитал». И с настороженностью относился к революционным деятелям из России, считая их царскими агентами. Правда, в 1881 году, после убийства Александра II, он оживился: «Россия представляет собой передовой отряд революционного движения в Европе».

    Но за передовой отряд революционного движения Маркс принял кучку террористов.

    Не удивительно, что его фундаментальная работа «Тайная дипломатическая история XVIII столетия» впервые появилась на русском языке только через сто с лишним лет, во время перестройки. Ведь это, по сути, манифест ненависти к России:

    «Московия была воспитана и выросла в ужасной и гнусной школе монгольского рабства. Даже после своего освобождения Московия продолжала играть роль раба, ставшего господином. Впоследствии Петр Великий сочетал политическое искусство монгольского раба с гордыми стремлениями монгольского властелина, которому Чингисхан завещал осуществить план завоевания мира».

    По сути клевета — Петр Первый никогда не строил планы завоевания мира. Да и считать его рабом могут разве что беллетристы-графоманы с очень богатой фантазией.

    «Ослепление дошло до предела»

    Маркс не терпел малейшего благосклонного взгляда на Россию. Когда последователи Прудона позитивно высказались о нашей стране, Маркс буквально размазал их по стенке: «Они восхищаются Россией как великой страной будущего, как самой передовой державой во всем мире… Они обвинили Совет Международного Товарищества в том, что он… объявил великодушный русский народ вне пределов цивилизованной Европы…»

    Но еще больше Маркс поражался тому, что западные правители не видят исходящей от России угрозы всему сущему:

    «Уменьшилась ли опасность со стороны России? Нет. Только умственное ослепление господствующих классов Европы дошло до предела… Ее методы, ее тактика, ее приемы могут изменяться, но путеводная звезда этой политики — мировое господство, остается неизменной».

    Маркс относил Россию к тупо-упрямым образованиям. Она представлялась ему зловещей державой, которая «заключает договоры, чтобы создавать предлоги для завоевательных войн, и ведет войны, чтобы отравлять атмосферу договорами». Верить России нельзя. Чувствовать себя в безопасности, пока рядом Россия, нельзя. Нет иного выхода, кроме как пойти на нее войной и смести с исторической арены. Либо альтернатива — заставить служить прогрессивным государствам.

    В брезгливом отношении Маркса к стране, так превозносившей его, и к народу, ее населяющему, есть что-то и глубоко личное. Когда Герцена пригласили выступить в Лондоне на митинге, посвященном международному рабочему движению, Маркс резко выступил против участия русских эмигрантов: «Маркс сказал, что меня лично не знает, —

    вспоминал Герцен,
    — но находит достаточным, что я русский и что, наконец, если оргкомитет не исключит меня, то он, Маркс, будет вынужден выйти сам…»
    Непримиримого критика царского режима, напечатавшего в «Колоколе» перевод «Манифеста Коммунистической партии», Маркс называл «презренным московитом», человеком с «гадкой русско-калмыцкой кровью». А публикация в «Колоколе» вызвала лишь саркастическую реакцию Энгельса: он назвал поступок Герцена «литературным курьезом».

    Какова роль Энгельса в «Деле Скрипаля»?

    С 1883 по 1885 годы в Лондоне произошло 13 террористических взрывов. Взрывы в редакции газеты «Таймс», два взрыва в метро, взрыв на вокзале «Виктория». 30 мая 1884 года взрыв в Скотланд-Ярде. Взорвали бомбу в парламенте.

    Кого обвинили в терактах? Правильно, русских.

    29 января 1885 года Фридрих Энгельс разразился статьей «Императорские русские действительные тайные динамитные советники» в журнале Der Sozialdemokrat:

    «У меня нет оснований сомневаться в том, что лондонские взрывы 24 января 1885 г. дело рук России… Всем известно, что официальная Россия не отступает ни перед какими средствами, если только они ведут к цели… О том, что может сделать официальная Россия для устранения мешающих ей лиц при помощи яда, кинжала и т. п., достаточно примеров дает история Балканского полуострова за последние сто лет…»

    Мотивы России пойти на страшные преступления Энгельс раскрывает играючи: «Русское правительство пускает в ход все средства, чтобы заключить с западноевропейскими государствами соглашения о выдаче русских революционеров эмигрантов». Проще говоря, теракты — это способ надавить на английское правительство, чтобы оно выдало русских смутьянов.

    Элементарно, Ватсон! — воскликнул бы знаменитый лондонский сыщик. И его коллеги не подкачали. Не пойдя на поводу у Энгельса, Скотланд-Ярд нашел настоящих устроителей взрывов — ирландских националистов. Организация «Клан-на-Гейл» пыталась терроризировать население Англии, чтобы заставить британское правительство предоставить Ирландии право на независимость.

    Под статьей Энгельса наверняка подписался бы и его старший соратник, но он умер незадолго до терактов. Впрочем, желающих повесить на русских любые взрывы, катастрофы и даже отравления (в разгаре «дело Скрипаля») всегда хватало и без Маркса.

    «Оттеснить Россию в Азию»

    Молодой Маркс уделял много внимания Крымской войне, в которой переплелись разные интересы многих государств. Но одно в этой войне было бесспорным: агрессором выступала Турция, которую поддержали Англия и Франция. И именно их сторону безоговорочно принял человек, полный «самой радужной веры в русскую революцию».

    Боевые действия в Крыму еще не начались, а Маркс уже предвкушает победу турецко-англо-французской коалиции. И в статье «Восточная война» строит геополитические планы:

    «Без сомнения, турецко-европейский флот сможет разрушить Севастополь и уничтожить русский Черноморский флот; союзники в состоянии захватить и удержать Крым, оккупировать Одессу, блокировать Азовское море и развязать руки кавказским горцам. То, что должно быть предпринято в Балтийском море, так же самоочевидно, как и то, что должно быть предпринято в Черном море: необходимо любой ценой добиться союза со Швецией; если понадобится, припугнуть Данию, развязать восстание в Финляндии путем высадки достаточного количества войск и обещания, что мир будет заключен только при условии присоединения этой провинции к Швеции. Высаженные в Финляндии войска угрожали бы Петербургу, в то время как флоты бомбардировали бы Кронштадт».

    Монументальный курьез

    Я прочитал все работы Маркса, в которых так или иначе речь идет о России. Тяжелое чтение, надо сказать. Не находит доброго слова о стране, о русском народе деятель, памятник которому установлен в центре Москвы.

    Увековечивание основоположников состоялось 7 ноября 1918 года по предложению Ленина. Он же выступил и на открытии памятника напротив Большого театра. Но фигуры были изготовлены из гипса и быстро рассыпались. На их место положили гранитный блок с текстом: «Первый камень памятника великому вождю и учителю всемирного пролетариата Карлу Марксу». И только 29 октября 1961 года установили гранитный памятник с выбитыми в граните и на века лозунгами:

    «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно. Ленин».

    «Имя его и дело переживут века. Энгельс»

    «Пролетарии всех стран соединяйтесь!»

    Я против сноса памятников кому бы то ни было. Они отражают свою эпоху. Потому и памятник Карлу Марксу в столице страны, которую он ненавидел, надо оставить. Только добавить на постаменте несколько гранитных цитат Маркса о России.

    Так будет честно.

    ВЗГЛЯД СКВОЗЬ ГОДЫ

    Рейтинг
    ( 1 оценка, среднее 4 из 5 )
    Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
    Для любых предложений по сайту: [email protected]
    Для любых предложений по сайту: [email protected]