Карл фон Клаузевиц: факты из биографии, труды, цитаты


Краткая биография

Карл фон Клаузевиц был из знатного рода дворян. Он начал свою военную карьеру в 1792 году. Через пять лет стал выпускником берлинского военного училища. Затем Клаузевица пригласили на должность адъютанта, так он начал служить при дворе принца Августа Прусского. Молодой военный принимал участие в противостоянии Пруссии и Франции, которое пришлось на 1806-1807 годы. Когда Пруссия потерпела поражение, Карл фон Клаузевиц принял активное участие в разработке реформ, касающихся армии. В это время он также начал преподавать в училище и писать свою первую исследовательскую работу – «Основные принципы войны».

Вскоре Европа начала понимать неизбежность столкновения между Россией и Францией. Клаузевиц решил приехать в Россию и начать службу в русской армии, где и воевал в течение всей войны под руководством генерала П. П. Палена. Клаузевиц участвовал в Бородинском сражении.

О войне. Избранное

Жизнь и судьба Карла Клаузевица

При всем желании абстрагироваться от частностей, безусловно необходимо дать хотя бы краткий обзор жизни и деятельности этого великого военного теоретика, чтобы читателю он не казался ни кабинетным ученым, ни абстрактным любителем военной истории, ни сторонним наблюдателем великих событий, который позволяет себе их столь уверенно разбирать. Даже в самых общих рассуждениях Клаузевица выдают себя особенности его биографии, перипетии судьбы его страны, да и всей Европы, а потому, чтобы не лишиться всех результатов его теоретических разработок, читатель просто обязан учитывать ту призму, через которую смотрел на мир этот великий пруссак.

Карл Клаузевиц родился в позднефридриховской Пруссии в 1780 г. в семье чиновника, претендовавшего на дворянскую приставку «фон», которую он получил, фактически присвоив, и далеко не с первой попытки. Уязвленное родовое самолюбие будет преследовать Клаузевица почти всю жизнь, что роднит его с одним из тех, кого называли идейным наследником и практиком его теорий — Э. Людендорфом. Лишь в 1827 г. дворянство военной династии Клаузевицей наконец станет бесспорным. Честолюбие отца, участвовавшего в Семилетней войне и растившего сыновей в преклонении перед Фридрихом Великим, а также его вполне прусское убеждение в том, что главным способом приобрести положение в обществе является военная служба, привели к тому, что и младшего своего сына, вслед за двумя старшими, ставшими впоследствии генералами, он отдал в армию в 12 лет. Поэтому Клаузевица вполне оправданно можно считать участником едва ли не всех антифранцузских коалиций, куда вступала Пруссия. Он принял участие в одной из первых кампаний против революционной Франции, участвуя в боевых действиях под Майнцем уже в 1793 г.

После того как по Базельскому миру 1795 г. Пруссия на долгое время отказалась от активной борьбы против Франции, полк Клаузевица вернулся к мирному распорядку службы, а к тому времени уже получивший звание офицера юноша смог заняться образованием, которое до того было у него в лучшем случае начальным. В 1801 г. ему удалось поступить в только что открытое военное училище в Берлине, где он заручился покровительством будущего великого реформатора прусской армии и ветерана антифранцузских кампаний Г. фон Шарнхорста. В течение следующих трех лет молодой офицер приобрел необходимые познания и кругозор, вышел на новый уровень интеллектуального развития, не без влияния трудов И. Канта, от проекта вечного мира которого он вполне диалектически и пришел к главной теме своих размышлений — «О войне». После того как Клаузевиц окончил курс лучшим из своих однокашников, он получил назначение адъютантом бывшего ему почти ровесником принца Августа Прусского, приходившегося племянником Фридриху Великому. Это, разумеется, открыло ему дорогу в высший свет, где Клаузевиц познакомился со своей будущей женой Марией фон Брюль, не только навсегда упрочившей его статус своим графским происхождением, но и ставшей его редактором и советником, а затем завершившей главное дело жизни супруга, после смерти мужа издав (за свой счет!) громадный, но неоконченный труд.

В сражении с войсками маршала Даву под Ауэрштедтом 14 октября 1806 г. Клаузевиц бился рядом с командовавшим батальоном Августом Прусским, а также своим учителем Шарнхорстом, пережив сокрушительное поражение прусской армии, ставшее драматическим финалом бывшей прусской славы. Раненый принц, прикрывавший в арьергарде отход остатков разбитой армии, вскоре был взят в плен, а затем вместе с адъютантом доставлен в Берлин, где Клаузевицу довелось выслушивать пренебрежительные фразы Наполеона о том, что он всегда желал мира и не понимает, чего ради вообще Пруссия вступила в войну. Это произвело на молодого патриота неизгладимое впечатление, заставив определиться со своим отношением и к самому завоевателю, и к любым политическим фразам.

Проведя чуть менее года в плену во Франции, где он, крайне болезненно пережив условия Тильзитского мира, продолжил начатые ранее попытки анализа недавних военных кампаний, Клаузевиц вернулся в Берлин, где вскоре вошел в штаб Шарнхорста. После унизительного для Пруссии мирного договора, продиктованного Наполеоном даже не Фридриху Вильгельму III (1797–1840), а его жене, масштабное и принципиальное преобразование вооруженных сил было поручено генералу Шарнхорсту. Его действия наряду с реформами Штейна и Гарденберга подготовили будущее возрождение Пруссии как великой державы. Клаузевиц принял в военных реформах самое активное участие, а Шарнхорст все чаще поручал ему подготовку аналитических записок относительно текущей военно-политической обстановки. Другом Клаузевица стал и еще один выдающийся прусский офицер и создатель армии нового поколения, преемник Шарнхорста на посту главы прусского Генштаба саксонец А. фон Гнейзенау. С 1810 г. майор фон Клаузевиц все более посвящал себя преподаванию тактики и подготовке офицеров Генштаба, став наставником в том числе и для прусских принцев, среди которых был будущий первый кайзер Германской империи Вильгельм I.

В преддверии войны с Россией Клаузевиц, как и многие другие офицеры, просто не смог оставаться на службе в союзной Наполеону армии. Годами они готовили будущий реванш, искали союзников, в знак протеста подавали в отставку или отправлялись на свой страх и риск с предложениями союза в Великобританию, Австрию и Россию. Не дождавшись от малодушного короля Фридриха Вильгельма III согласия на начало маловероятного тогда восстания Пруссии против французской гегемонии, к которому он призывал в своей очередной аналитической записке, Клаузевиц в 1812 г. перешел на русскую службу. Именно здесь судьба преподала ему еще один важнейший для его последующих теоретических штудий урок: он оказался в подчинении у своего соотечественника Карла Пфуля, сделанного Толстым символом оторванной от реальности механистической и линейной военной науки, отставшей от своего века. Лев Николаевич был не вполне справедлив, в размышлениях Пфуля о грядущей кампании против Наполеона было рациональное зерно, однако в чистом виде его построения было воплотить невозможно, а потому план пруссака был отвергнут, а Пфуль вскоре покинул командование действующей армии. Клаузевиц, и сам внесший вклад в дискуссию об авторстве плана стратегического отступления русской армии, ошибочно порой приписывавшегося именно Пфулю, навсегда сделал вывод об опасности увлечения примерами из прошлого, о необходимости быстро и понятно доводить свою мысль до подчиненных и коллег, о важности соотнесения реальности с принципами, на чьи бы авторитеты они ни опирались. После прекратившейся с отъездом Пфуля кабинетной работы Клаузевиц смог наконец вновь проявить себя на поле боя. Вскоре он уже сражался под Витебском, а затем были Смоленск, Бородино, где он участвовал во фланговом рейде русской кавалерии, оборона Риги, против которой действовал прусский вспомогательный корпус. Прусский офицер не мог командовать русскими солдатами, не знал языка, но, как и подобает дворянину, исполнял свой долг перед монархом, который взял его на службу, как мог — личным примером, с саблей в руках.

В войска под общим руководством маркиза Паулуччи, губернатора остзейских провинций, действовавшие на рижском направлении, он попросился отнюдь не случайно, по-видимому планируя на месте содействовать будущему крушению наполеоновского альянса из сателлитов Франции. Клаузевиц идеально подходил на роль организатора переговоров между прусскими войсками во главе с генералом Йорком и русскими офицерами, тем более что последние были прусского происхождения — Дибич, Дона. История подписания Тауроггенской конвенции 30 декабря 1812 г., положенной в основу освобождения от Наполеона всей Европы, не столь однозначна, однако офицер русской службы Клаузевиц, несомненно, явился одним из творцов перехода Пруссии в лагерь противников Наполеона даже без предварительного согласия ее короля. Этим поступком и Йорк, и ряд других пруссаков фактически совершали государственную измену, однако последующий Калишский договор о русско-прусском союзе и разгром французских войск к апрелю 1814 г. заставили замять эту историю. Тем не менее мстительный Фридрих Вильгельм III не забыл своего ужаса зимой 1813 г., когда он оказался зажат между еще грозным Наполеоном и волной антифранцузских восстаний и вплоть до «битвы народов» под Лейпцигом играл роль слуги двух господ. Именно поэтому желание Клаузевица как можно скорее вернуться в родную армию отклонялось вплоть до поздней весны 1814 г., когда сведение старых счетов было уже не в интересах прусского двора, получившего в итоге на Венском конгрессе от раздела Французской империи больше всех. Клаузевиц спустя два года службы России, за которую он вскоре получил орден Святого Георгия, опять был принят в прусскую армию с чином полковника. Это позволило ему в конце концов принять участие в кампании против вернувшегося было на трон Наполеона в 1815 г., став одним из очень немногих солдат, кто прошел всю эпоху революционных и Наполеоновских войн. Своего рода эпическим финалом его участия в боевых действиях стала кампания при Ватерлоо, где (по одной из версий) именно Клаузевиц смог убедить Блюхера, отступая, двигаться на соединение с Веллингтоном, а также до конца притягивал к себе корпус так и не явившегося спасти своего императора генерала Груши. Йена и Ауэрштедт были отомщены. Даже если верна строго обратная версия действий Клаузевица в кампании 1815 г., — согласно которой он призывал к осторожности, что могло стоить Веллингтону жизни, — все же факт остается фактом: 35-летний полковник внес свой вклад в окончательный разгром Наполеона.

В мирное время истинные герои освобождения Пруссии и ее преобразования в годы невзгод были королю уже не нужны и неудобны. Не слишком ценили и их реформы, а потому стали отдалять от двора. Клаузевиц, став в 38 лет самым молодым генералом в прусской армии, оказался в заштатном Кобленце, начальником штаба у своего старого друга Гнейзенау. Именно там он и начал писать главный труд своей жизни, остаток дней посвятив его дополнению и редактированию, на что ему не хватило даже 15 лет. Спустя три года он возглавил Всеобщее военное училище в Берлине, однако преподавать там ему не позволили, что было явным признаком недоверия набиравшей силу партии Реставрации и попросту унижением. 12 лет отдал Клаузевиц администрированию там, где должен был бы обучать будущих офицеров Генштаба, что не помешало активно писать все новые главы «О войне» и труды по военной истории, хотя королю не нравилось всякое упоминание и о катастрофе 1806–1807 гг., и рассуждения о важности проведенных затем реформ. Очередная записка Клаузевица о важности сохранения ландвера, о необходимости поддерживать у подданных ощущение оправданности активного личного участия в защите Отечества, поданная королю в 1819 г., была фактически проигнорирована. Клаузевиц все же остался в этом отношении слишком уж человеком Старого Порядка, он оказался в своей принципиальности достоин И. Канта, учеником которого он может считаться в не меньшей степени, чем Гегель, всегда умевший использовать диалектику и в плоскости личного успеха, и в комфортной гармонии с текущим режимом.

По иронии судьбы такая опала фактически и дала возможность Клаузевицу отдать пятый десяток свой жизни едва ли не целиком науке. Лишь в 1821 г. уже известный военный теоретик был причислен к Генеральному штабу, а в 1827 г. король положил конец двусмысленному положению в вопросе о дворянстве Клаузевицей. Однако утопическое желание Фридриха Вильгельма III, да и ряда других монархов Европы более никогда не иметь дела с революциями, в 1830 г. было окончательно уничтожено серией массовых выступлений у самых границ Пруссии — во Франции, Бельгии, Польше… Назревала масштабная война, а потому Клаузевиц был переведен в Силезию, где под началом все того же Гнейзенау стала формироваться армия на случай боевых действий против польских повстанцев. В ходе русско-польской войны вспыхнула эпидемия холеры, которая перекинулась и на территорию Пруссии. В августе 1831 г. от нее умер Гнейзенау, а принявший от него командование Клаузевиц скончался всего 3 месяца спустя. Была ли это холера или, что вполне возможно, сердечный приступ, до сих пор не выяснено.

Подводя итог этой не самой простой, но стремительной биографии, хочется отметить, что Карл фон Клаузевиц являл собой редкий тип патриота. Его горячая любовь к Родине не мешала ему быть здравомыслящим аналитиком, а готовность к хладнокровной оценке ситуации не превратила его в человека, лишенного каких бы то ни было предпочтений, готового служить сильнейшему или всегда оставаться над схваткой. Характерно, что особенно уникальным этот патриотизм не напоказ, без позерства делает то, что проявлен он был в эпоху рождения современного национализма, в годы вызванного Великой французской революцией и гением Наполеона фихтевского воодушевления взрывом национально-освободительного движения, в обстановке патриотического угара 1813 г. и на фоне формируемого из добровольцев ополчения (фрайкоров). Клаузевиц характером и судьбой, возможно, не так выделяется, как герой антинаполеоновской борьбы граф Йорк фон Вартенбург, однако кто знает, оставил бы в истории этот последний столь заметный след, если бы не его более скромный соратник[3]… Клаузевица можно и нужно считать человеком на стыке эпох, причем не только фридриховской и наполеоновской, но и начавшейся затем Реставрации. Он, имевший все основания полагать Освободительную войну зенитом своей карьеры, все же не пополнил число «рожденных лишь для 1812 г.», как это стало с многими героями той кампании, а также задержавшимися в эпохе бидермайера ветеранами, хваставшимися подвигами тех лет вплоть до 1848 г. так, словно на Святую Елену Наполеона отправили вчера. Истый германский патриот, Клаузевиц оставался пруссаком до мозга костей, его беспрекословную готовность служить королю Пруссии не поколебало даже то, что в ту эпоху на троне был один из худших ее королей за всю историю. Именно поэтому Клаузевица можно считать одним из ее символов, наряду с Бисмарком и Великим Курфюрстом. И дело отнюдь не в том, что ему просто удалось выделиться на фоне эпохи, ведь она была, мягко говоря, не бесцветной. Исполинская фигура Наполеона, как и до него (по меньшей мере для любого немца) Фридриха Великого, казалось, может закрыть любого, кто осмелится рассуждать о военном деле. Однако недостатка в великих современниках Клаузевица не было и в иных сферах — Шиллер, Гёте, Гегель, Гумбольдт, и этот список можно легко продолжить… Наш герой не стремился встать с ними в один ряд, но оказался способен на большее, чем нежели просто превозносить великих. И к гениям, и к проблеме гениев и их роли в истории и политике он оказался способен отнестись аналитически, а не эмоционально. Этим он отличается от большинства своих коллег и современников примерно так же, как профессиональный кинокритик от потребителей блокбастеров.

Разумеется, столь крупная фигура должна была, пусть и посмертно, стать предметом мифотворчества. Есть легенды о том, что это великий Клаузевиц раз за разом предсказывал будущий ход военных действий. На основе его ранних записок с анализом военных кампаний утверждается, что он еще в 1805 г. предсказал тяжелейшие проблемы для Наполеона в Польше и его непременное поражение в России. Часто повторяют рассказ, что Клаузевиц (ну, чем не Кутузов накануне Аустерлица?) заранее раскритиковал позиции прусской армии накануне Йены и Ауэрштедта, а случайно нашедший его записку после битвы Наполеон бурно радовался тому, что этого неизвестного офицера в командовании пруссаков никто не услышал. Хватало рассказов и о том, что именно Клаузевиц не дал командованию русских армий согласиться на явно преждевременное генеральное сражение, в том числе под Смоленском и уж тем более в Дрисском лагере, тем самым явно пойдя против мнения своего непосредственного начальства из числа прусских военных корифеев… Все эти легенды, как и всегда в таких случаях, прекрасно отражают лишь позднейший образ их героя, являются попыткой механически перенести в прошлое то, что стало возможным и очевидным впоследствии, а потому недоказуемы, однако и не лишены кажущейся достоверности. В самом деле, отчего же 26-летнему адъютанту Клаузевицу не высказать догадку, что считавшаяся некогда лучшей армия будет разбита, а уже пережившему горечь разгрома своей страны 32-летнему изгнаннику не предупреждать свое новое командование в другой стране об опасности переоценки собственных сил?

Автор нового взгляда на взаимосвязь войны и политики, Клаузевиц в процессе его оценки и встраивания в идеологизированные концепции был окружен и политическим «орнаментом». Разве мог Ленин быть согласен с мракобесом, юнкером или человеконенавистником, ставшим автором идеи тотальной войны? Разумеется, нет, а потому Клаузевиц стал не только идейным создателем прусской новой армии, но жертвой постнаполеоновской реакции. Вряд ли он сам полагал себя жертвой, но и не мог не понимать, что при сложившейся после 1815 г. политической конъюнктуре, — девизом которой была оценка Бурбонам — «они ничего не забыли и ничему не научились», — дальнейшие его усилия по развитию военной мощи Пруссии не могут не казаться излишними, а потому он довольствовался той ролью, что ему оставили, и здесь проявив себя как истинный стратег, а не стяжатель. Может быть, именно поэтому он и способен был писать на темы геополитики тогда, когда Венский порядок, казалось, уничтожил своим балансом всякую к тому необходимость. Судьба отвела ему всего 51 год, а ведь Клаузевиц и не думал о завершении карьеры, он ждал новых войн, потрясений, перераспределения итогов Венского конгресса. Вероятно, он многое мог бы сказать о последствиях сворачивания проведенных в разгромленной Наполеоном Пруссии реформ, сказавшихся уже в 1848 г. Однако он не дожил до первой репетиции мировой революции, а потому его наследие воплощали во славу Пруссии и объединения Германии другие. Первое место среди них занимает Г. фон Мольтке, датский офицер, учившийся в Берлинском военном училище, когда там директорствовал Клаузевиц, и только начинавший карьеру офицера Генштаба, когда тот скончался.

Начало теоретических исследований

Начиная с 1818 года военный теоретик работал на должности директора военного училища в Берлине. В это же время он ведет основательные теоретические исследования военного дела. Более 130 войн и столкновений – вот общее количество материала, который изучил в то время Карл фон Клаузевиц.

«О войне» — самое масштабное произведение военачальника, хотя помимо этой работы он написал еще ряд исследований. В своей главной работе Клаузевиц рассмотрел такие понятия, как цель войны, ее содержание, способы проведения, победа и поражение. Клаузевиц является первым исследователем, обратившим внимание на моральный фактор во время войны.

Именно Карл фон Клаузевиц ввел такое понятие, как «военная операция». Под этим термином теоретик понимал цепочку боев, а также перемещение войск для реализации определенного замысла. Клаузевиц сумел доказать, что во время войны неизбежен бой – вооруженное столкновение двух противоборствующих сил. Разнообразные уловки военачальников и тактические ходы могут лишь незначительно повлиять на общий исход войны, который в конечном счете определяется соотношением сил.

Карл фон Клаузевиц — О войне. Части 1-4

Карл фон Клаузевиц

О войне. Части 1-4

©Издательство «РИМИС», издание, оформление, 2009

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( www.litres.ru)

Выражаем искреннюю благодарность семье Рачинских и лично Наталье Андреевне Рачинской за согласие на издание перевода, а также за помощь в подготовке книги к изданию. Выражаем благодарность Зое Геннадьевне Лисичкиной, помощнику директора Музея-усадьбы «Абрамцево», а также правнуку Саввы Ивановича Мамонтова – Сергею Николаевичу Чернышеву за помощь в работе над книгой.

Биография К. Клаузевица

Карл фон Клаузевиц (1780–1831)

Карл фон Клаузевиц (нем. Carl Philipp Gottlieb von Clausewitz, родился 1 июня 1780 г. в местечке под названием Бург под Магдебургом, в семье чиновника) – известный военный писатель, произведший своими сочинениями переворот в теории войны. В 1792 г. был зачислен в прусскую армию юнкером, в 1793 г. принял участие в войне с Францией. В 1801 г. поступил в военное училище в Берлине.

После окончания училища участвовал в походе 1806 г., был назначен адъютантом принца Августа Прусского и вместе с ним захвачен в плен. В 1808 г. на него обратил внимание Г. фон Шарнхорст, глава военного министерства и председатель комитета по реорганизации армии, и назначил Клаузевица начальником своей канцелярии. Клаузевиц активно участвовал в подготовке к реорганизации армии и вскоре установил тесные дружеские отношения с А. Гнейзенау, будущим генерал-фельдмаршалом. В 1810–1812 гг. преподавал стратегию и тактику в Офицерском военном училище, начальником которого стал в 1818 г. Позже слушал философию в Берлине у профессора Кизеветтера (кантовской школы), следы диалектических приемов которого заметны в теоретических трудах Клаузевица.

Был одним из авторов документа, в котором выдвигалась идея войны в союзе с Россией против Наполеона. Когда в 1812 г. король Фридрих Вильгельм III, заключив союз с Францией, направил воинские контингенты для участия в русской кампании Наполеона, Клаузевиц уехал из Пруссии и поступил на службу в русскую армию, где прошел путь от офицера связи до начальника штаба корпуса. К этому времени относится составление его записки об опасности союза с Францией, появившейся впервые в «Leben Gneisenaus» Пертца.

Сначала Клаузевиц был определен на службу к Карлу Пфулю, затем переведен в арьергард к графу Палену, в составе которого участвовал в бою под Витебском. Затем служил в корпусе Уварова, во время Бородинского сражения участвовал в рейде на французский фланг. После этого переведен в Ригу к маркизу Паулуччи, откуда попросился в 1-й корпус Витгенштейна. Когда Йорк вступил в переговоры с русскими, Дибич поручил ведение их Клаузевицу, который способствовал заключению Таурогенской конвенции. Будучи непосредственным участником многих событий войны, оставил мемуары, которые являются ценным источником для исследователей.

Затем он приготовил план образования восточно-прусского ландвера, по идее Шарнхорста. В 1813 г. был начальником штаба в корпусе Вальмодена; во время перемирия, по настоянию Гнейзенау, написал «bbersicht des Feldzugs von 1813 bis zum Waffenstillstande».

В апреле 1814 г. вернулся на службу в прусскую армию, в чине полковника. В 1815 г. был назначен начальником штаба 3-го армейского корпуса. Принял участие в кампании Ста дней. Сражался при Линьи и Вавре. При Вавре 3-й корпус смог притянуть к себе корпус Груши и тем содействовал поражению Наполеона при Ватерлоо. За отличия против Наполеона император Александр I 23 января 1817 г. пожаловал Клаузевицу орден св. Георгия 4-й степени (3304 по кавалерскому списку Григоровича-Степанова).

В XIX в. была широко распространена легенда о необыкновенных полководческих способностях Клаузевица. Согласно этому повествованию, Клаузевиц был категорически не согласен с позицией прусских войск под Йеной и нарисовал принцу Альберту и Шарнхорсту на доске, как следует разбить армию Наполеона. После боя доска в качестве трофея досталась Наполеону. Взглянув на чертеж, Наполеон якобы нахмурился и сказал: «Какое счастье, что мне не довелось сразиться с этим страшным человеком. Я был бы без сомнения разбит!» Официальных подтверждений эта легенда не имеет. Однако в первой половине XX в. кайзеровское и нацистское руководство всячески способствовало популяризации этой исторической легенды.

В 1818 г. произведен в генерал-майоры. В 1830 г. Клаузевиц был директором Всеобщего военного училища. В 1831 г., при выступлении прусских войск на польскую границу во время польского восстания, был назначен начальником штаба при фельдмаршале Гнейзенау.

Умер Карл фон Клаузевиц 16 ноября 1831 г. в Бреслау (ныне Вроцлав, Польша), от холеры.

Сформулированные им стратегические принципы, необходимые для достижения победы, были с успехом применены Пруссией в войнах с Австрией в 1866 г. и с Францией в 1870 г. и легли в основу теории и практики подготовки и ведения военных действий многих других государств. Главный труд Клаузевица – «О войне» (1832).

Отличительные черты военно-исторических трудов Клаузевица – ясность изложения, меткая критическая оценка военных событий, причем, согласно его взглядам на войну («война есть продолжение политики иными средствами»), он отводит особое место политическому элементу и стремится выяснить, насколько судьба армий зависит от силы и слабости полководцев, которых Клаузевиц характеризует со свойственным ему блеском и талантом.

«О войне» – фундаментальный труд классика военного искусства. Клаузевиц много сделал для разработки теории военного искусства и его составных частей – стратегии и тактики; выступал против «вечных принципов» военного искусства, рассматривая явления войны в развитии. В то же время, он отрицал наличие закономерностей в развитии военного дела, утверждая, что война – это область случайностей, область недостоверного. Впервые в военной науке Клаузевиц четко сформулировал некоторые принципы ведения сражений, кампаний и войн в целом. Это полное напряжение всех сил, сосредоточение возможно больших сил на направлении главного удара, энергичное использование достигнутых успехов, а также внезапность, быстрота и решительность действий. Существенным вкладом Клаузевица в военную теорию является также раскрытие роли моральных факторов в достижении победы. Основными моральными факторами Клаузевиц считал талант полководца, воинскую доблесть армии и дух комплектующего ее народа. Труды Клаузевица, изданные посмертно, составили целый этап в развитии военной мысли.

«О войне» — главный труд великого генерала

Основной труд Клаузевица увидел свет уже после его кончины (военачальник умер от холеры). Трактат «О войне», напечатанный в 1832 году, представляет собой незаконченное исследование. В течение жизни генерал поменял некоторые взгляды, но переделать труд так и не успел.

Известно, что главный теоретик, повлиявший на мировоззрение многих военачальников на рубеже XIX — XX веков, – это Карл фон Клаузевиц. Книги, которые он написал помимо своего основного труда, – это «Принципы ведения войны», «Итальянский поход Наполеона Бонапарта», «Германская военная мысль». Работу над этим главным исследованием — «О войне» — Клаузевиц продолжал на протяжении всей своей жизни.

В своих работах военачальник интересовался большей частью вооруженными столкновениями последних полутора столетий. Именно он сумел показать безрезультатность так называемых кабинетных войн, которые происходили в XVII — XVIII веках. Этим противостояниям он сумел противопоставить молниеносные завоевания Наполеона. Их конечной задачей был не измор врага, а его быстрое сокрушение. Главной задачей своего труда «О войне» Клаузевиц видел раскрытие секретов быстрых побед Наполеона.

Цитаты про войну

Войны начинаются в умах людей. Из преамбулы Устава ЮНЕСКО

Война ― это боль и потери. Война ― это всегда горе. Она приносит хаос и разруху. Война забирает самое дорогое: у матерей ― детей, у жен ― мужей, у человечества ― жизнь. Война ― это бедствие для каждого человека, города, страны и всего мира. Война всегда была и будет предвестником смерти, траура и плача. Это шрам на всю жизнь, который никогда не заживет и не забудется.

Возможно, ознакомившись с цитатами о войне, вы по-иному сможете взглянуть на этот вопрос, ведь размышления над прочитанными высказываниями — самый благородный путь познания истины.

Все люди виноваты перед матерью, потерявшей на войне сына, и тщетно пробуют оправдаться перед ней на протяжении истории человечества. Василий Гроссман

Лучшие войны в истории человечества — те, что человечеству удалось избежать. Бауржан Тойшибеков

Либо человечество покончит с войной, либо война покончит с человечеством. Джон Фитцджеральд Кеннеди

Война — это несчастье в увеличенном масштабе. Иеремия Бентам

Войны будут, пока хоть один человек сможет зарабатывать на них. Бертольт Брехт

Либо человечество покончит с войной, либо война покончит с человечеством. Джон Фитцджеральд Кеннеди

Кто хочет жить в мире, тот должен готовиться к войне. Никколо Макиавелли

Война для народов — это слезы и кровь, это вдовы и беспризорные, это раскиданное гнездо, погибшая молодость и оскорбленная старость… Илья Эренбург

Война превращает в диких зверей людей, рожденных, чтобы жить братьями. Вольтер

Война — не приключение. Война — болезнь. Как тиф. Антуан де Сент-Экзюпери

Война настолько чудовищна, что со временем героями становятся все, кому удалось ее пережить. Григорий Александров

Война заканчивается только тогда, когда не оставляет никого в живых. Платон

В войне не бывает выигравших — только проигравшие. Артур Невилл Чемберлен

Война — зло; ее ведут с помощью больших несправедливостей и насилия, но для честных людей и на войне существуют некоторые законы. Нельзя гнаться за победой, если выгоды, какие дает она, будут приобретены путем низости и преступления. Великий полководец должен вести войну, надеясь на свое мужество, а не на измену долгу со стороны других. Плутарх

Война есть одно из величайших кощунств над человеком и природой. Владимир Маяковский

Война не может быть справедливой, потому что воевать справедливо нельзя, даже если воюешь за справедливость. Тадеуш Котарбиньский

Ветеранов третьей мировой не будет. Уолтер Мондейл

В мирное время сыновья хоронят отцов, в военное — отцы сыновей. Фрэнсис Бэкон

Война будет повторяться до тех пор, пока вопрос о ней будет решаться не теми, кто умирает на полях сражений. Анри Барбюс

Война коренится в неприязни, берет свое начало в семейных и соседских распрях — кому не дано жить и трудиться от души, тому не по душе труд и спокойствие других. Хуан Рамон Хименес

Это ― начальные строки из романа белорусского писателя Алеся Адамовича «Война под крышами», а так же название документально-очерковой книги также белорусской писательницы Светланы Алексиевич. Предлагаем вам почитать и другие высказывания и цитаты о войне.

Война — варварство, когда нападают на мирного соседа, но это священный долг, когда защищают родину. Ги де Мопассан

Война — величайшее бедствие, которое может причинить страдание человечеству; она разрушает религию, государства, семьи. Любое бедствие предпочтительнее ее. Мартин Лютер

Война может иметь хорошие последствия у дикарей, способствуя отбору наиболее сильных и стойких, но на цивилизованные народы влияние ее обыкновенно самое пагубное: она ведет к взаимному истреблению самых лучших и самых храбрых. Альфред Фулъе

Война в одинаковой мере облагает данью и мужчин, и женщин, но только с одних взимает кровь, с других — слезы. Уильям Теккерей

Война — всего лишь трусливое бегство от проблем мирного времени. Томас Манн

Война есть продолжение политики иными средствами. Карл Клаузевиц

Война… Я считаю ее отвратительной, но еще отвратительней мне кажутся те, кто воспевает ее, в ней не участвуя. Ромен Роллан

Война — осуществление естественного права, которым сильнейший пользуется для господства над слабейшим. Бенедикт Спиноза

Война питается деньгами, война веселится кровью — так и до нас было. Данило Туптало

Война — сплошное зверство… на войне люди, ни в чем не повинные друг перед другом, истребляют друг друга, будучи насильно поставлены в состояние самообороны. Максим Горький

Война прежде всего искусство простое, и все дело заключается в выполнении. Александр Суворов

Война преступна всегда. Всегда, во все времена в ней будет место не только героизму и самопожертвованию, но еще и предательству, подлости, ударам в спину. Иначе просто нельзя воевать. Иначе — ты заранее проиграл. Сергей Лукьяненко

Война — слишком серьезное дело, чтобы доверять ее военным. Шарль Морис Талейран

Война стала роскошью, которую могут себе позволить лишь малые нации. Джаннетт Ранкин

Война, столь всеми прославляемая, ведется дармоедами, сводниками, ворами, убийцами, тупыми мужланами, не расплатившимися должниками и тому подобными подонками общества, но отнюдь не просвещенными философами. Эразм Роттердамский

Война — это некая акция, благодаря коей люди, которые не знают друг друга, убивают ради славы и выгоды людей, которые знают друг друга и друг друга не убивают. Поль Валери

Война — это психоз, порожденный чьим-то неумением прозревать взаимоотношения вещей. Наши взаимоотношения с ближними своими. С экономикой, историей. Но прежде всего — с ничто. Со смертью. Джон Фаулз

Война — это серия катастроф, ведущих к победе. Жорж Клемансо

Война — это способ развязывания зубами политического узла, который не поддается языку. Амброз Бирс

Война — это травматическая эпидемия. Николай Пирогов

Для большинства из нас война ― это уже история, которая вливается в души в основном путем художественного осмысления в литературе и кино. Для многих война ― это история из жизни их отцов и дедов. И очень хорошо, если свое представление о войне вы сформируете, например, из этих цитат, не узнав на собственном опыте, чем же она является в действительности.

Война — эпидемия смертоносной заразы. Павшие поражают своих близких неизбывным горем потери, вдовством и сиротством. Оставшиеся в живых заражаются войною неизлечимыми болезнями: жестокостью, цинизмом, презрением к ценности человеческой жизни. Эдуард Севрус

Война является отрицанием истины и гуманности. Дело не только в убийстве людей, ибо человек должен так или иначе умереть, а в сознательном и упорном распространении ненависти и лжи, которые мало-помалу прививаются людям. Джавахарлал Неру

Войну отличает не то, что человека убивают, но то, что его убивают, грабят, подавляют жестокостью, несправедливостью, предательством, смертоносной рукой человека. Уильям Эллери Чэннинг

Всякое восстание против чужеземных захватчиков — дело законное и есть первый долг каждого народа. Стендаль

Войны всегда священны для тех, кому приходится их вести. Если бы те, кто разжигает войны, не объявляли их священными, какой дурак пошел бы воевать? Но какие бы лозунги ни выкрикивали ораторы, сгоняя дураков на бойню, какие бы благородные ни ставили перед ними цели, причина войн всегда одна. Деньги. Все войны, в сущности, — драка из-за денег. Только мало кто это понимает. Все слишком оглушены фанфарами, барабанами и речами отсиживающихся в тылу трибунов. Маргарет Митчелл

Войны и бедствия уносят разными способами лучших, самых благородных, самых храбрых, самых добрых, самых честных, именно они жертвуют жизнью и всем, что входит в это понятие, — своим достоянием, духовным или материальным. Ибо честные уходят на фронт и живут смертью, когда отринуто или отнято все. Тогда они спокойны. Хуан Рамон Хименес

Войско баранов, возглавляемое львом, всегда одержит победу над войском львов, возглавляемых бараном. Наполеон

Всякий стоящий у государственной власти обязан избегать войны точно так же, как капитан корабля избегает кораблекрушения. Ги де Мопассан

Выиграть войну так же невозможно, как невозможно выиграть землетрясение. Джаннетт Ранкин

Генералы всегда готовятся к прошлой войне. Уинстон Черчилль

Многие идут на войну лишь потому, что не хотят быть героями. Том Стоппард

Гораздо легче выиграть войну, чем мир. Жорж Клемансо

Горе тому государственному деятелю, который не позаботится найти такое основание для войны, которое и после войны еще сохранит свое значение. Отто фон Бисмарк

Народу столь же полезно бояться войны, как отдельному индивидууму — смерти. Жюль Ренар

Даже самые счастливые войны отнюдь не приводят к миру. Поль Анри Гольбах

Еще ни одной войны не начиналось без истеричных криков о мире. Стас Янковский

Как ни ужасна война, все же она обнаруживает духовное величие человека, бросающего вызов своему сильнейшему наследственному врагу — смерти. Генрих Гейне

Кто не был на войне, не имеет права говорить о ней. Марлен Дитрих

Люди думают, что если они назовут преступление убийства «войною», то убийство перестанет быть убийством, преступлением. Лев Толстой

Нет большой заслуги в том, чтобы отнять у человека жизнь. Война — мерзкое занятие. Нора Робертс

Отношение Клаузевица к России

Во время пребывания в Российской империи Клаузевиц так и не смог ни полюбить русский народ, ни выучить русский язык – чем отличился от своей соотечественницы императрицы Екатерины II. Несмотря на это, его теоретические исследования в Российской империи долгое время играли гораздо большую роль, нежели в родной Германии. Образ этого генерала был использован самим Львом Толстым в знаменитом романе «Война и мир». Но были и те военнослужащие, для которых Клаузевиц был всего лишь узко мыслящим немцем, от которого они вряд ли могли получить новые знания.

Карл фон Клаузевиц: цитаты, нужные не только на войне

Многие исследователи считают, что взгляды Клаузевица применимы не только в военном деле, но и в таких отраслях, как маркетинг, войны брендов, политические противостояния. «Цель войны заключается в том, чтобы был достигнут мир на тех условиях, которые выгодны победителю» — это одно из главных положений Клаузевица, которое может быть применимо и в других областях, помимо военного дела.

Клаузевиц решительно отвергал популярные в то время мысли, которые выражал военный писатель Генрих Жомини, сводивший военное дело к теоретическим постулатам и формулам. «Преследование противника, — писал Карл фон Клаузевиц, — это второй акт победы, и в большей части случаев он важнее самой победы». Главным элементом успеха в любом столкновении и неразберихе Клаузевиц считал моральную составляющую – силу духа. «Без смелости выдающийся полководец немыслим…» — отмечал в своих сочинениях полководец.

Клаузевиц также предупреждал: «Люди, не помнящие прошлого, обречены его повторить». Война, как считал военачальник, является не просто столкновением двух противоборствующих сил – сама по себе она является продолжением политики.

После того, как труд «О войне» стал настольной книгой известного тогда военного теоретика Хельмута фон Мольтке, Клаузевиц стал самым известным автором в Европе. Многие выдающиеся военачальники руководствовались именно его трудами.

Афоризмы от Клаузевица

*** Война есть продолжение политики другими средствами.

(война, политика)

*** Война – область опасности, мужество – важнейшее качество войны.

(война, мужество, опасность)

*** Чтобы победить, необходимо встретить главные силы противника.

(война, победа)

*** Чем положение безвыходнее, чем более все сводится к одному отчаянному удару, тем охотнее хитрость становится рядом с отвагой.

(хитрость)

*** Часто представляется чрезвычайно отважным такой поступок, который в конечном счете является единственным путем к спасению и, следовательно, поступком наиболее осмотрительным.

*** Силы должны быть сконцентрированы в подавляющую массу. Это фундаментальная мысль. Всегда готовьтесь ко всему и как можно заранее.

(стратегия)

*** Победа заключается не просто в захвате поля сражения, а в физическом и моральном сокрушении вооруженных сил противника.

(война, победа)

*** Лучшая стратегия состоит в том, чтобы всегда быть возможно более сильным; это значит прежде всего – быть вообще сильным, а затем – и на решающем пункте.

(стратегия)

*** Крупные успехи ставят в свою зависимость более мелкие, и поэтому стратегические воздействия можно свести к определенным главным ударам.

(успех, стратегия)

*** Испокон века лишь великие победы вели к великим результатам.

(победа, величие)

*** Даже самому талантливому полководцу крайне трудно одержать победу над вдвое сильнейшим противником.

(полководец)

*** Великие примеры – лучшие наставники.

(пример, учитель)

*** Бой — это единственный эффективный способ ведения войны; его цель — уничтожение вражеских сил как средство прекращения конфликта.

(бой, война)

*** Вторая характерная особенность лидера – простота и ясность тех планов, комбинаций и решений, к которым он пришел. Чем проще и определеннее план операции, тем он лучше.

(полководец, лидер)

*** Пока противник не сокрушен, я должен опасаться, что он сокрушит меня: следовательно, я не властен в своих действиях, потому что противник мне диктует законы точно так же, как я диктую ему их.

(война, стратегия)

*** Самое первое, самое главное и самое важное в смысле последствий решение, которое должен принять государственный деятель и командир, это определить тип войны, в которую он погружается; здесь нельзя ошибиться, равно как и нельзя пытаться превратить войну во что-то противное ее природе.

(война, правитель, полководец)

*** Основная тенденция полководца должна сводиться к тому, чтобы добиваться намеченного генерального сражения и дать его при такой обстановке и при таком соотношении сил, которые обещали бы решительную победу.

(полководец, победа)

*** Многие считают, что половинчатые усилия могут принести успех. Короткий прыжок сделать проще, чем длинный, но никто не станет форсировать широкий поток в два этапа.

(успех, стратегия)

*** Не то, что мы думаем, а скорее то, как мы думаем, рассматриваем мы как свой вклад в историю.

(мышление)

*** Без смелости выдающийся полководец немыслим… Ее мы считаем первым условием полководческой карьеры.

(полководец)

1 | | | Следующая | Последняя

Рейтинг
( 2 оценки, среднее 4.5 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Для любых предложений по сайту: [email protected]
Для любых предложений по сайту: [email protected]